• gazetatula@tularegion.org
  • 300041, г. Тула, проспект Ленина, д. 46
  • Редакция: +7 (4872) 76-55-98
    Реклама: 8-953-199-00-04


 
"Надо спасти Тулу!" - 2 09.03.2020 07:14:00

"Надо спасти Тулу!" - 2

Мы продолжаем рассказ о том, как жили туляки сто лет назад. Основной источник информации – тогдашняя ежедневная газета "Коммунар", орган Советов г. Тулы и Тульской губернии и губкома РКП(б). В прошлый раз было опубликовано начало материала об эпидемии сыпного тифа, свирепствовавшей в нашем городе осенью 1919 – весной 1920-го.

 

Как всё запущено-то…

Напомним вкратце, о чём шла речь в прошлой публикации.

Первая серьезная эпидемия сыпняка случилась в Туле поздней осенью 1918 – весной 1919 гг. В январе 1919 г. в Тульской губернии была введена санитарная диктатура, сыгравшая свою положительную роль в борьбе с тифом.

В сентябре 1919 г. вновь начался рост числа заболевших. При этом в больницах из-за топливного кризиса было холодно, должный уход не обеспечивался, кормили больных плохо. "Тифозных" коек и медперсонала не хватало. Эвакоприёмник при Сахарном заводе был переполнен больными, лежавшими прямо на полу. В городе царили грязь и разруха.

Всё это можно было бы списать на тяготы Гражданской войны – в августе-октябре 1919-го к Туле рвались деникинские войска; но в конце того же октября их оттеснили за пределы Тульской губернии. А эпидемия развивалась всю осень и половину зимы по нарастающей, в полтора-два раза быстрее предыдущей. Однако партийные и советские руководители города почему-то не спешили принимать меры. Первые заметки типа "Сыпняк идет" появились в "Коммунаре" только в середине декабря 1919 г., а санитарную диктатуру и вовсе ввели 17 января 1920-го, когда к сыпному тифу добавилась холера. Санитарным диктатором был назначен руководитель тульской Губчека Александр Кауль. В тот же день председатель Тульского губисполкома Григорий Каминский со страниц "Коммунара" призвал туляков к борьбе с эпидемией; лейтмотивом его публикации были слова: "Надо спасти Тулу!".

Ситуация сложилась более чем серьезная: если в декабре 1918 г. сыпнотифозных больных в Туле было 1004, а возвратного тифа не было вообще, то в декабре 1919-го – 1640 сыпнотифозных и 979 случаев возвратного тифа, плюс появившаяся холера: к 18 января в Туле насчитывалось 12 заболевших, 8 из которых умерли. Правда, все случаи болезни были локализованы в одном месте – 38-м госпитале.

На пике прошлой эпидемии, в марте-апреле 1919 года в Туле число "тифозных" коек в больницах и госпиталях довели до 1700; летом их сократили до 200. К 1 января 1920-го их количество смогли увеличить лишь до 531.

 

Санитарная диктатура

В рамках санитарной диктатуры всем советским учреждениям предлагалось "в срочном порядке разработать способы и формы содействия Губнарздраву в деле борьбы с эпидемией, считая последнюю важнейшей очередной задачей советской власти в Тульской губернии и подчиняя ей все остальные задачи и интересы".

В числе первоочередных мер, содержавшихся в приказах санитарного диктатора Кауля, были:

- приостановка мобилизации врачебного персонала для отправки за пределы губернии;

- переподчинение всех медицинских учреждений, в том числе военных и железнодорожных, Тульской губернской чрезвычайной санитарной комиссии и губернскому отделу народного здравия;

- организация губернской санитарной инспекции, чрезвычайной санитарной железнодорожной комиссии (для выявления больных в поездах и на станциях), санитарных комиссий на предприятиях и в учреждениях.

Все помещения бывшей 1-й классической мужской гимназии (нынешний 1-й корпус ТГПУ им. Л.Н. Толстого) было приказано передать под тифозный лазарет. Лазарет Н-ской дивизии, занимавший часть двухэтажной пристройки, переводился в другое место.

Дом Черемушкина на улице Площадной (нынешний объект культурного наследия, особняк в готическом стиле – дом № 51 по улице Каминского) предназначался под лазарет для заболевшего тифом больничного персонала. Кауль предписывал "немедля выселить оттуда служащих Н-ской дивизии, самовольно занявших этот дом".

Для больных холерой выделили барак на 40 мест при психиатрической больнице в Петелине.

В Санитарном бюро семьям, в которых имелись больные сыпным тифом, выдавались дезинфекторы и мыло.

Общественные бани в Туле работали шесть дней в неделю, за ними устанавливался надзор (тульские бани того времени – это отдельная тема, и к ней мы еще вернемся).

В начале февраля 1920 г. в нашем городе в спешном порядке оборудовались более десяти дезинфекционных камер для одежды и белья. И опять вопрос: почему это сделали только через полгода после возобновления эпидемии тифа?  

 

Гроб про запас

В Туле в разгар эпидемии тифа умерших зачастую хоронили без гробов, в братских могилах. Хоронить, кстати, не успевали: в середине января 1920 г. в морге Ваныкинской больнице скопилось до ста трупов.

А в начале декабря 1919 г., когда эпидемия только набирала обороты, в "Коммунаре" появилась заметка, принадлежавшая перу некоего Вадэ (видимо, псевдоним) под названием "Невероятно, но факт":

"На днях вхожу к знакомым в один дом; вижу гроб. Спрашиваю: кто у вас умер. Отвечают, что, собственно, еще не умер, но скоро умрет, что уже причащали и соборовали.

На мое удивление, что еще при жизни человека ему уже заготавливают гроб, – мне сообщили, что процедура получения разрешения на гроб, получения самого гроба отнимает по меньшей мере четыре дня, а то и больше. Кроме того, гроб нужно еще обтянуть бумагой и т.д. Поэтому предусмотрительные люди заготавливают гроб заблаговременно еще для живого человека".

 

"Народное средство"

Кое-кто поспешил нажиться на эпидемии.

Например, в деревне Покров Сухановской волости Епифанского уезда, где врач умер от тифа, а других медработников не было, распространился слух, что "одно спасение от заражения тифом – употребление спирта или самогонки".

"Коммунар" констатировал:

"Виновниками этого слуха являются самогонщики, которые теперь ведут бойкую торговлю. Крестьяне, спасая себя от заразы, как пчелы в улей, несут свои денежки в карманы этим мерзавцам".

 

Пир во время чумы

И еще одно явление тогдашней жизни – уже городской – попало на страницы "Коммунара". В конце января 1920 г. в газете появилась заметка Н. Руднева:

"Во время эпидемии служащие наших советских учреждений устраивают какие-то костюмированные вечера с танцами, тратя непроизводительно средства и материалы на украшение советских помещений в русском, итальянском и восточном стилях, устраивая из скудных средств продовольствия всевозможные буфеты.

Что это? Пир во время чумы.

Тула, а с нею вся губерния поставлена под карантин, вследствие чего каждый дом, каждая семья по возможности держит себя изолированно. А тут, словно нарочно, костюмированные вечера, ёлки.

Не лучше было бы посетителям этих вечеров рисковать своим здоровьем не на веселье, а при постели больного в качестве сиделки, няни, санитара".

 

Подведение итогов

В немалой степени благодаря введению санитарной диктатуры холеру в Туле удалось победить довольно быстро. Общее число заболевших в Туле составило 77 человек; в уездах Тульской губернии больных не было. В городе холера прекратилась в феврале 1920 г.

В начале апреля "Коммунар" подводил промежуточные итоги санитарной диктатуры в отношении сыпного тифа.

Газета сообщала, что санитарные комиссии были образованы в уездах, волостях и даже отдельных деревнях, на предприятиях и в учреждениях.

"Эпидемия не приняла очень широких размеров, но прекратить ее невозможно; она течет по неизвестным законам", – отмечал "Коммунар" и называл основную задачу дня: своевременная медицинская помощь заболевшим и усиленное питание для выздоравливающих.

Наталия КИРИЛЕНКО.

Опубликовано в газете "Тула" № 10 (267) 4 марта 2020 г. 

На фото:  

Тульская мужская классическая гимназия (фото начала ХХ в.). В январе 1920 г. санитарный диктатор приказал разместить в этом здании тифозный лазарет.

Фото из книги «Тула на старой открытке» (2017)




Возврат к списку

Написать в редакцию